Злодейский путь!.. [том 3-4] - Эл Моргот

Как раз в это время, но за много ли от этого места, И Мори не смогла связаться с большей частью маячков, оставленных повелителем.

«Эй-эй, что происходит?»

Девушка села в нарисованную собственноручно печать, положила руки на колени и, прикрыв глаза, потянулась мыслями к повелителю. Из более чем двух десятков маячков остались только два: один из них находился на краю парка на пике Таящегося ветра, неподалеку от административного здания, а другой был установлен перед входом в резиденцию старейшины пика Сиреневого рассвета. И сейчас… потянувшись к нему, И Мори успела разглядеть только мельком лицо демонического заклинателя, а затем его пальцы закрыли весь обзор, а через мгновение связь с маячком была потеряна.

И Мори открыла глаза и зло уставилась на горящую свечу, скрадывающую мрак комнаты без окон. Необходимо как можно скорее связаться с их Великим Господином, чтобы понять, что там происходит! Великий Господин безрассудно отправился в самое логово врага в одиночку! Уважающие себя адепты секты Хладного пламени не могут допустить, чтобы с ним что-то случилось! ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Первым Шену встретился Тельг Веан, и старейшина пика Черного лотоса рассказал ему о своих подозрениях. Тельг нахмурился и сказал, что попросит старших преподавателей проверить резиденцию старейшины пика Сиреневого рассвета еще раз, а также быть начеку и внимательно следить за всем на пике Таящегося ветра.

После разговора с Тельгом Шен решил, что его минимальный служебный долг выполнен, и можно с чистой совестью вернуться в черный замок и изучить песенки внимательнее.

Ал все это время не покидал его, а затем проводил до самого входа в его замок. Прощаясь, Шен чуть было не пригласил его на чашку чая, но вовремя сообразил, что это уж слишком по-панибратски. Так что он просто кивнул ученику и скрылся в своем мрачном убежище.

«Система, что ты скажешь об этой книжице?» — спросил Шен, доставая из-за пояса «Песни ускользающего рассвета».

[…]

«Ясно, ничего…»

Шен поставил чайник на жаровню, а сам прилег на диван и стал читать книгу. Ну как читать… песни внутри оказались совершенно странным набором букв, а может, даже не букв, а символов, потому что далеко не все из них были Шену знакомы, да и расставлены на странице они, казалось, бессистемно. Демна-как-его-там где-то нашел это или сам на досуге вдохновился?

Спустя два дня. Вечер.

— Прости, Риту, у твоего великого дяди появились дела, — извиняющимся тоном сказал Шен.

— Конечно, дядюшка, я понимаю, — поднялась из-за стола девушка.

Несмотря на ее понимающие слова, выглядела она разочарованно и опечаленно.

— Ну, зато в следующий раз посмотрим подвалы, — подбодрил Шен.

— Правда?! — тут же просияла Риту.

Шену оставалось только обреченно кивнуть.

— Ох, и, дядюшка, — уже собираясь уходить, замерла девушка, — а что это за книга?

Она указала на песенник, лежащий на столике под розовым цветком.

— А, это… ничего особенного…

— Можно я возьму ее поизучать?

— Зачем тебе книга, написанная непонятным языком?

— Непонятным языком? — переспросила Риту. — Я решила, что эти закорючки — рисунок заклинания.

Шен с интересом перевел взгляд на книгу. «Это действительно можно попытаться использовать, как заклинание?»

— Если ты это изучишь — то сможешь сказать точнее? — спросил Шен. — Я имею в виду, не переходя от теории к практике.

— Я попытаюсь, — кивнула девушка. — Мы как раз проходим сейчас простейшие заклинательские мантры. Здесь может быть похожий принцип.

«Это точно безопасно?» — с сомнением подумал Шен. В конце концов, эта книга нашлась в вещах Демна-как-его-там. А что, если это специально продуманная ловушка для тех любопытных, что будут рыться в его вещах?»

— Ну… Давай так: ты можешь изучать ее в любое время, приходя сюда. Но с собой я ее тебе отдать не могу.

— Тогда я буду изучать ее, приходя сюда! — Казалось, Риту совсем не расстроил отказ ее великого дяди дать ей книгу.

Шен проводил Риту до двери и отправил с ней Волчару, а сам, не в силах сидеть без дела, пошел изучать подвалы. Этим он занимался без особого успеха до глубокой ночи, и единственное, чего добился, это то, что он очень даже устал и смел надеяться, что изнуряющие мысли не посмеют беспокоить его перед сном. О том, что его посмеет побеспокоить некто, выводящий из хрупкого душевного равновесия куда сильнее каких-то там мыслей, он еще и понятия не имел.

На кровати старейшины пика Черного лотоса со спокойным выражением лица сидел Муан. Когда Шен застыл на пороге, тот не сразу отреагировал. На какое-то время все в комнате замерло, казалось, даже лунный свет остановился.

— Ч-что ты здесь делаешь? — собирался грозно спросить Шен, но голос прозвучал слишком растерянно.

Шен с трудом сдержал эмоции и с досадой скривился. Муан же плавно поднялся и сделал шаг к нему.

— В последние дни мне снились странные сны, — негромко произнес он. — Я хочу спросить тебя о них.

— Почему ты спрашиваешь меня о своих снах? И почему ты вообще ждешь меня здесь?

— Забавно, да? Я вроде бы не должен знать, где именно находится твоя спальня, но почему-то знаю.

Шен прикрыл глаза и нахмурился.

— Уходи, — затем произнес он. — Это невежливо. И я не хочу разговаривать сейчас.

— Ладно, — согласился Муан. — Не будем разговаривать.

Он направился к выходу. Стоящий в дверях Шен посторонился, пропуская мечника. Однако неожиданно для хозяина Проклятого пика, Муан изменил направление и схватил его в охапку.

Шен оторопело замер, по его коже тут же пробежала дрожь. Через мгновение он с силой оттолкнул Муана прочь.

— Что ты делаешь?!

Из-за его толчка Муан плюхнулся на кровать и оттуда стал взирать на застигнутого врасплох прижавшегося к стене Шена. Этот вид показался мечнику довольно забавным, он не смог сдержать легкий смешок.

Услышав это, Шен с негодованием воскликнул:

— Ты надо мной смеешься?

— Я не над тобой смеюсь, — тепло улыбнулся Муан. — Точнее… Просто ты так испуганно выглядишь…

— Что значит «испуганно»?! — возмутился Шен, тут же принимая позу поувереннее. — Твое поведение выходит за рамки моего понимания, вот и все!

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Какой вопрос?

— Я видел странные сны.

— Нет, ты определенно надо мной издеваешься, — раздраженно констатировал Шен, приложив пальцы к виску.

— В двух из этих снов ты плакал, и в трех ты умирал. А еще в двух умирал я.

Шен потрясенно расширил глаза, не в силах сдержать эмоции.

«Система! Он что, вспомнил это?! Как это возможно?!»

Однако первее Системы ему ответили голоса:

«Вспомнил! Вспомнил все необдуманно брошенные тобой слова! Вспомнил,